Были выявлены следующие группы суициденток

Были выявлены следующие группы суициденток. В 1-й группе (7 женщин) психическая травма была связана с последствиями политической нестабильности (страх перед тем, что возьмут родных в заложники, подвергнут насилию, ограбят, умрут от голода и т. п.). Во 2-й группе (8 женщин) психическая травма характеризовалась переживаниями, прямо связанными с вооруженным конфликтом вблизи места их проживания. Здесь суицидентки были непосредственными свидетелями боев, грабежей, убийств. Женщины 3-й группы (6 человек) подвергались насилию (угроза оружием, избиение, ограбление и т. п.). У всех обследованных ведущее место в мотивации суицида занимали ситуационные реакции, прямо связанные с вооруженным конфликтом. Характеризуя клинические состояния суициденток в предшествующий суициду период, следует отметить, что у преобладающего большинства из них были отмечены психические расстройства непсихического уровня, в то время как суицидентки, совершившие самосожжение в психотическом состоянии, составляли незначительную долю. Так, у 2 (9,5%) суициденток, совершивших самосожжение, была диагностирована шизофрения с преобладанием в клинике заболевания депрессивно-бредового синдрома, характеризовавшегося бредовыми идеями самоуничтожения и тематикой бреда Котара, с содержанием суицидальных мыслей.

Больные считали, что нужно покончить жизнь самоубийством, так как они не были в состоянии защитить семью и детей от насилия. Психогенные депрессии, характеризовавшиеся длительностью и интенсивностью течения, занимали ведущее место в группе суициденток с расстройствами непсихотического уровня. Так, у 19 (90,5%) суициденток отмечали наличие таких симптомов депрессии в ответ на тот или иной психотравмирующий фактор, как беспокойство, страх, тревога, реакция горя. Отмечались паническая реакция, гнев, резкое изменение фона настроения, безудержный плач.

Характерным являлась экстравертированная переработка психотравмирующей ситуации, проявляющаяся в бурных ярких внешних проявлениях (заламывание рук, вырывание волос на голове) как в раннем пресуицидальном периоде, так и непосредственно перед реализацией суицидального акта в форме самосожжения. Особое место в картине указанных состояний занимали тревога и страх за жизнь близких, реакции, связанные с чувством стыда и унижения женского достоинства и чести при огласке факта насилия. Общим для всех суициденток с непсихотическими психогенными депрессиями было отсутствие психологической готовности к экстремальной ситуации, связанной с вооруженным конфликтом, и нежелание приспособиться к ней, что также имело решающее значение в формировании аутоагрессивного поведения. Анализ мотивационных факторов, участвующих в формировании суицида в форме самосожжения в период вооруженного конфликта, показал, что в отличие от мотивов суицида семейно-бытового плана (конфликты с родственниками мужа, мужем, принуждение к замужеству, отмечавшиеся до 1992 г.) в обследованном контингенте лиц преобладали мотивационные факторы, прямо связанные с тематикой гражданской войны. Так, основными психогенными мотивационными факторами являлись известия о трагической гибели либо исчезновении родных и близких (мужа, детей, братьев, сестер), огласка факта насилия и как следствие этого унижение чести и достоинства женщины. Анализируя проблему выбора самосожжения как способа суицида, следует, в первую очередь, отметить взаимосвязь системы символов в таджикском языке, связывающих понятия “огонь”, “пламя” с душевными переживаниями людей, и выражение их эмоционального состояния.

Категория: Наша Медицина  Метки:
Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0-ленты. Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.